СЦЕНАРИЙ, КОТОРОМУ НЕ СУЖДЕНО СТАТЬ ФИЛЬМОМ

передняя для димы.jpg

Входит в сборник "Королевство прямых зеркал"

Так может случиться – собьешься с пути.
Не трусь и дорогу старайся найти.
Я верю, я знаю: ты силы найдешь,
И мир, что потерян, ты вновь обретешь.

Несколько слов об авторе

«Я – цветок, пересаженный жизнью из оазиса счастья в кромешную тьму».


Е.Златогорова.2006 г.

Автору этой книги Еве Златогоровой 67 лет. Она инвалид 1 группы. В 26 лет, она, молодой инженер, молодая мама двух девочек в результате тяжелой болезни полностью потеряла зрение. Но она не сломалась. Психологически устояла. Сумела не стать “несчастненькой”, “слепенькой”, не позволила себе стать беспомощной. Конечно, ей помогала семья и, прежде всего, любимый и любящий муж. Но, в основном, ценой собственных мучительных размышлений и усилий она справилась с бедой. Внутренним зрением она снова увидела свет, увидела мир. Ее руки стали зрячими. Она все делала и делает по дому. Великолепно освоила компьютер и всю бытовую технику. Она вновь стала активным человеком, замечающим радости жизни. Стала деятельной, общительной, всегда старалась выслушать, понять и помочь другим.


Она вырастила двух своих дочерей, а потом и пятерых внуков, да еще и спаниеля Долли.


В 2006 году - новая беда и непоправимое несчастье: болезнь и смерть мужа. У нее началась депрессия. Обратилась к психотерапевту. Работая с ней, помогая ей справиться с ее тяжелой утратой своими врачебными методами, я подсказал идею поиска новых психологических «точек опоры». Подкрепил ее уверенность в себе, уверенность в возможности найти эту опору.
И здесь произошло чудо: взрыв творчества. Страдающая 63-летняя женщина вдруг стала писать стихи (впервые в жизни!).
А вскоре она «увидела» этого доброго, забавного котенка Гришуню, и написала про него целую книжку, подарив читателям удовольствие следить за его приключениями. И я с профессиональной радостью отмечал, как по мере возрастания ее писательской увлеченности, по мере пробуждения и роста литературных способностей, исчезали проявления депрессии.
И сегодня я хочу адресовать автору этой книги перефразированные и дополненные мною её же строки: «Вы - цветок, обреченный на счастье увидеть свет в кромешной тьме. Вы – женщина, достойно справляющаяся со своими несчастьями. Вы – человек, который замечает и ценит радость жизни, и своим примером помогает другим людям, попавшим в пустыню бед и одиночества, не отчаиваться, а упорно искать дорогу к оазису счастья».

Врач - психотерапевт Леонид Хасдан. Февраль 2010 г.

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

– Ты готова? – спросил меня внутренний голос. Я молчала, стоя у окна и прислушиваясь к монотонным ударам дождя по металлическомувыступу. Передо мной проходили картины прошлого.


– Решайся! – голос, сказавший это, был как две капли воды похож на мой собственный. Я поняла, что пришло время и предстоит еще одна нелегкая дорога. Я точно знала: эта дорога будет петлять, кружить, местами возвращаться к началу, а потом резко устремляться вперед. В реальной жизни мне не доводилось выбираться из лабиринтов, а жизнь, которую по велению своего внутреннего голоса я собиралась описать, чем-то была похожа на него. Старт был медленным. Раздумья том, с чего начать, не позволяли быстро двигаться вперед. Уверена я была только в одном: это будут картины моего прошлого, которые появляются перед внутренним взором, стоит только о чем-нибудь подумать. Они были словно живые, описать их было несложно. Предстояло найти ответ на вопрос, как отнесутся к этим воспоминаниям те, кто будет их читать. То, о чем я с таким упоением писала, – будет ли это интересно?Прошло несколько дней. Захотелось еще раз перечитать написанное.

 

– Да, – сказал внутренний голос, обращаясь ко мне, – правы были твои друзья, говоря, что книга получается интересной и полезной одновременно. 

 

Вчера, долго общаясь с незрячей одиннадцатилетней девочкой, я подумала о том, что жизнь этого ребенка можно назвать необычной и сложной.

 

– Что вы чувствовали и как вели себя, когда в 26 лет потеряли
зрение?

 

Я ответила честно, ничего не утаив. Да, жизнь сделала крутой вираж. Удержаться на нем было непросто. Я мысленно перенеслась в Центральный парк культуры имени Горького. Играла громкая музыка. Горело множество огней. Радостный смех раздавался со всех сторон. Я плавно скользила по льду вместе с друзьями. Вдруг на повороте неудачно повернулась и упала.
Не поднимись я быстро, могло случиться непоправимое. Почему мне на память пришел именно этот эпизод? Ответ прост: если бы я дала себе поблажку в одну из самых трудных минут, начала себя жалеть и думать, что я самый несчастный человек
на свете, то мне было бы гораздо сложнее подняться после падения. Важна была правильная реакция на происшедшее. С грустью возвратилась я в ту жизнь, где была счастлива и беззаботна, где даже в глубинах подсознания не возникало мысли о существовании судьбы. Рассказывая Насте о своих ощущениях, я не покривила душой, говоря о том, что через небольшой промежуток времени смирилась со своей участью и приняла ее. Намного позже ко мне пришли строчки А. Дементьева: «Никогда ни о чем не жалейте вдогонку, если то, что случилось, нельзя изменить». Конечно, было нелегко. Говоря с ребенком, я этого не скрыла, понимая, что девочке очень важно услышать слова о том, как человек со схожей судьбой преодолевает трудности, что чувствует и как учится жить заново. Время шло. Жизнь постепенно входила в более спокойное русло. Острота и боль притуплялись. На смену им приходила уверенность в себе, дававшая возможность приспосабливать жизнь под сложившиеся обстоятельства. Сейчас казалось, что делать это было просто. Действительно, слезы, душевная боль и жалость к себе посещали неоднократно. Но самый лучший доктор на свете, доктор Время, делал свое дело. И достиг желаемого результата. Вместе с ним рука об руку шла его подопечная. Путь преодоления и совершенствования продолжается и по сей день.

 

– Ну, что же, – обратилась я к будущим читателям, – давайте смотреть фильм «Моя жизнь, или Несмотря ни на что».

СЦЕНАРИЙ, КОТОРОМУ НЕ СУЖДЕНО СТАТЬ ФИЛЬМОМ

Кинозал в помещении старого дворца культуры.
Потертые кресла и красный плюшевый занавес.

Медленно гаснет свет. В зале находится единственный зритель.
Он внимательно смотрит на экран. В титрах знакомое ему имя.
На лице зрителя нет удивления. Он готов… Он ждет развития событий…

Если бы перед началом выступал режиссер, то первое и главное,
что он бы произнес, было бы:

– Дорогой наш единственный зритель! Мы пригласили вас на
просмотр потому, что всю первую часть фильма заполнят воспоминания
о событиях, прямым и косвенным участником которых вы являлись.


Бессмысленно ждать выступления режиссера, поэтому начнем
просмотр.

На экране небольшая комната, на стенах и подоконнике цветы
в горшках, гордость и память о прошлом героини. За компьютерным
столом, держа телефонную трубку, в задумчивости сидит немолодая
женщина. Проходит несколько минут, и она обращается к
зрителю. Создается ощущение, что она его видит.

Женщина вспоминает момент их первой встречи. Он, многоопытный
доктор-психотерапевт, и она, сломленная горем женщина,
с трудом воспринимающая обращенные к ней слова, хорошо запомнили
этот теплый июньский день. Как давно и недавно это произошло!
В руках у доктора появляется томик Тютчева… Стихотворение
о последней любви слушать так тяжело, что она не справляется
с эмоциями… А музыка парка, которую героиня выбрала для пер



вого сеанса релаксации? Доктор мог об этом забыть, но ей запомнились
эти минуты навсегда: маленькой и беспомощной девочкой
чувствует она себя, слезы текут в три ручья. Героиня смахивает их, а
они все текут и текут. Никому и никогда она не рассказывала, какие
картины прошлого проходили перед ней…

Парк «Сокольники» был знаком как пять пальцев. Малышкой
она с родителями часто бывала в нем. Свидания и встречи с друзьями
проходили в парке ее детства. Она знала все его закоулки и самые
отдаленные места. У нее и ее будущего мужа была заветная
скамейка, скрытая от посторонних глаз зарослями кустарника.

Кадры проходят один за другим. Тихим голосом, едва слышно
женщина продолжает вспоминать.

Однажды доктор сказал: «Разве вы в молодости не пережили
такое?» Эти слова заставили ее хорошенько подумать, а потом
аргументированно отрицать сказанное собеседником.

Да, в двадцатишестилетнем возрасте случилось непоправимое:
она полностью потеряла зрение. Сказать, что было тяжело, –
значит не сказать ничего. Земля ушла из-под ног. Но надо было жить
ради маленьких детей, родителей, мужа, родных и друзей. Ощущения
того времени до сих пор не притупились. Не хочется уходить в
прошлое, но это случается совершенно неожиданно.

В комнате абсолютная тишина, нарушаемая монотонным гулом
машин за окнами. Минуты идут одна за другой. Сменяются кадры
фильма.

На экране и в зале происходят перемены. Зал заполняется
зрителями. С этого момента воспоминания героини становятся достоянием
большой аудитории. В комнате, которую крупным планом
показывает съемочная камера, на стене появляется второй экран.
Теперь за видеорядом воспоминаний можно наблюдать, глядя на
него. Зрителям кажется, что они стали участниками событий.

Окраина Москвы. Маленькие одноэтажные дома с печным
отоплением. Холодный зимний день. Девятилетняя девочка, часто
останавливаясь, несет с колонки два ведра воды. Она мамина помощница.
Папа воевал в болотистой местности. У него открытая
форма туберкулеза.
Следующий кадр – Востряковское кладбище. Ей девять с половиной
лет. Похороны четырнадцатилетнего брата. Много, очень
много школьников, его друзей, приехало, чтобы проводить в последний
путь замечательного друга, одного из лучших учеников,
прекрасного шахматиста. Несчастье случилось несколькими днями
раньше. Кадры возвращают ее в тот день, когда родители узнали о
том, что в пионерском лагере утонул их сын. Сознание девятилетнего
ребенка не могло запечатлеть всех подробностей. Лучом прожектора
высветились два момента: отрешенный мамин взгляд и красивая
кукла с закрывающимися глазами. Лагерное руководство подарило
ее девочке. Для чего это было сделано, можно только догадываться.

Новые кадры: маленький брат, родившийся через два года
после несчастья. Девочка чувствует себя взрослой и ответственной
за него. Луч прожектора на этот раз показывает длинный путь в детскую
молочную кухню. Приносить каждый день питание – это ее
обязанность. Она хорошо помнит стеклянные двухсотграммовые
бутылочки с молоком и кефиром. Перед кормлением надо было
тщательно очистить горлышко от прилипшей ваты.

Память отсчитывает год за годом. Героиня легко может восстановить
свою жизнь со всеми мельчайшими подробностями.
Но на это уйдет слишком много времени, а зрителям хочется более
динамичного развития событий.

Прошло время. Она выпускница техникума. Позади годы
учебы, месяцы практики, прогулки по Москве, катание на лодках
в Лефортовском парке. Кадры бегут один за другим, освещаемые
яркими солнечными лучами. На ее жизненном небосклоне светит
солнце. Но вдруг набежала тучка. Это промелькнуло воспоминание,
которое на минуту остановило привычный ход событий. Уже давно
она замечала, что с ее зрением происходит что-то неладное. Пришел
момент, когда визит к врачу стал неизбежен. Заключение доктора
было неутешительным: у нее обнаружилось тяжелое заболевание
глаз. Но, к счастью, молодости свойственно более легкое отношение
даже к серьезным жизненным ситуациям. Героиня не унывает.
Свидания, встречи с друзьями, работа – одним словом, все хорошо.
В девятнадцать лет она знакомится с молодым человеком,
а через год выходит замуж. Начинается новый отсчет времени. Она
любимая жена, а вскоре ей предстоит стать молодой мамой.

В зале звучат мелодии 60-х годов. Песни Окуджавы, Визбора,
Ады Якушевой. Зрители невольно подпевают, ведь основная их
часть принадлежит к тому же поколению, что и героиня. А она вновь
надолго задумалась. Как хорош был этот отрезок жизни! Маленькая
дочка приносила много радости. В выходные дни они втроем ездили
на прогулку в парк. Их многочисленные друзья в это время были
свободны от семейных уз. Часто, очень часто вся компания собиралась
в их небольшой квартире. Скромный ужин, песни под гитару,
споры и смех. Сейчас, когда она видит картины прошлого, многих
уже нет в живых.

Прошло тридцать пять лет со дня свадьбы. Выросли дочери.

К знаменательной дате они подарили родителям огромный альбом
с семейными фотографиями. На первых страницах маленькие
мальчик и девочка. Да, эти малыши она и ее будущий муж.

Героиня хорошо помнит оживленные радостные голоса гостей, по
нескольку раз в год собиравшихся в их квартире. Да, это гости, удобно
устроившись, чтобы всем было хорошо видно, рассматривают
фотографии многочисленной семьи и их друзей. В такие минуты ей
бывало нелегко. Она придумывала себе дела, чтобы уйти подальше.
Делалось это для того, чтобы никто не увидел на ее лице грусти, которую
скрыть было непросто. Конечно, за долгие годы она привыкла
смиряться со многими жизненными ситуациями, но не всегда
могла вовремя надеть маску безразличия.

Героиня продолжает свои воспоминания. В комнате на экране
зрители видят тех, о ком она в этот момент думает. И опять объектив
камеры останавливается на задумчивом лице, а она вспоминает
о том времени, когда работать стало тяжело.

Ее рабочий стол стоял напротив стола начальника отдела.
Набирать тексты на пишущей машинке и читать буквы, напечатанные
мелким шрифтом, она могла с большим трудом. Муж смастерил
приспособление, с помощью которого можно было читать, не
привлекая к себе внимание. Для этого он использовал крошечную
лупу и оргстекло. Работать становилось все сложнее и сложнее.
Поэтому, когда она поняла, что у нее должен родиться второй ребенок,
радость была удвоенной. Ее обрадовало не только рождение
дочери, но и возможность на законном основании уйти с работы.

Фильм продолжался. На настенном экране зрители увидели
маленькую комнату. За столом сидел молодой мужчина в очках и на
специальном приспособлении сгибал металлические заготовки, под
его руками становившиеся заколками. Он монотонно выполнял эту
механическую работу. Она же, сидя напротив мужа, надевала заколки
на специальные картонки зеленого цвета.

Денег семье не хватало. Поэтому, когда младшей дочери исполнилось
семь месяцев, героиня начала брать работу домой. Платили
мало, но выбора не было. Все вечера, когда дети спали, они
с мужем до поздней ночи работали. Вспоминая эти годы, героиня
с удовлетворением подумала о том, что никакие проблемы, к счастью,
никогда не влияли на отношения в семье. Долгие годы она работала
на дому. Это занятие не приносило удовлетворения, но она
была счастлива, несмотря ни на что.

На меньшем экране крупным планом появляется газета, на
которой можно прочесть название: «НЕДЕЛЯ». Да, это та самая газета
со статьей о Натали Гончаровой – последнее, что с большим
трудом прочитала в своей жизни героиня. Все оставшиеся годы она
слушала записанные на магнитофонную ленту «говорящие книги»,
взятые в специализированной библиотеке. На лице женщины смешанные
чувства: грусть об ушедших молодых годах и удовлетворение
тем отрезком времени, который был тяжел и радостен одновременно.


Меняется звуковое сопровождение. Зрители слышат громкий
ровный стук часов, отсчитывающих секунду за секундой. На маленьком
экране сменяют друг друга фотографии. Они сняты в день
серебряной свадьбы. Районный ЗАГС. Брат, дочери, маленькие внуки,
родные и друзья внимательно слушают поздравление работника
ЗАГСа. Незаметно для зрителей стук часов сменяется свадебным
маршем Мендельсона. В ней до сих пор живы ощущение торжественности
момента, радость, гордость и благодарность детям. Их заслуга,
что этот день остался в памяти как один из самых счастливых. Каждая
из сорока трех годовщин со дня свадьбы была по-своему знаменательна

и запомнилась навсегда. Героиня качает головой, словно
хочет опровергнуть свои мысли. Если не принимать во внимание
мелкие жизненные неурядицы, она твердо может сказать, что была
счастлива не только в дни семейных торжеств. Чувство тихой радости
присутствовало постоянно. Выражение «душа поет» – самое
точное определение ее состояния. Просыпаясь, она замечала, что
напевает какую-нибудь песню. Чаще всего ее пения никто не слышал:
она пела «про себя».

Вновь камера обращена на героиню. Она медленно встает с
кресла и идет на балкон. Полдень. Солнечные лучи встречаются с
ее улыбкой. И новые воспоминания тотчас всплывают в сознании.
Зрители видят одновременно героиню и действие, происходящее на
маленьком экране. По проезжей части одной из центральных улиц
ночной Москвы, смеясь и болтая без умолку, идут пять девушек. Это
студентки третьего курса техникума. Они решили подарить себе эту
прогулку. У них не было школьного выпускного вечера. Память сохранила
все до мельчайших подробностей: поливочные машины,
умывавшие город, рассвет над Москвой-рекой, солнце, отражавшееся
в золоте куполов на Красной площади.

Новые кадры: поляна, на которой растет высокая трава.
Маленькая девочка в ситцевом платьице, старшая дочь, протягивает
ручонки к солнцу и что-то радостно напевает.

Другая картина: по дорожкам сада бегает, протянув руки
к солнцу, младшая внучка. Ей семь лет. Девочка поет песню без
слов – гимн Солнцу и Жизни на Земле.

На экране, сменяя друг друга в хронологической последовательности,
крупным планом зрители видят ряд чисел с 2002 года до
2005 года.

Именно лето 2005 года – граница между прошлым и настоящим.
Дачный участок опустел. Уехала на жительство в Германию
младшая дочь с мужем и детьми. Менее чем через год умер муж.
Долго, очень долго она не могла смириться с потерей.

Сейчас она чувствует потребность восстановить в памяти
то бесконечно трудное время. Позади зима и весна. Она вновь на
даче. Опустевший двор. Она стояла на крыльце и слушала до боли
знакомые, любимые звуки природы – ни пение птиц, ни шелест листьев

не успокаивали. Ей не хватало того «муравейника», который
еще прошлым летом приносил столько радости: бегающих взад и
вперед разновозрастных детей на роликах и велосипедах, смеха,
стука теннисного шарика и многого, многого другого. Здесь же готовили
шашлыки, накрывали в беседке большущий стол представители
старшего поколения. Даже неподготовленный зритель почувствует
главное: эта часть фильма о радостной жизни большой семьи,
а она мысленно произносит: «моей семьи».